Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:








Подписка на рассылку:
Электропочта:
Имя:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Публикации

Взгляд

Когда темнеет, или Надежда ненадежных

«Каждый раз помощь приходила именно тогда, когда все человеческие усилия были предприняты, и в сердце наконец складывалась молитва к Богу и Его Пречистой Матери…»

«Каждый раз помощь приходила именно тогда, когда все человеческие усилия были предприняты, и в сердце наконец складывалась молитва к Богу и Его Пречистой Матери…»

Об авторе. Наталия Валерьевна Семушкина живет в Москве, работает в финансовой сфере. Духовно окормляется у протоиерея Артемия Владимирова, прихожанка храма Всех Святых. Мама четырех дочек.


Детьми мы с братом часто выпрашивали что-нибудь у мамы. Умели найти нужные слова, тон, слезы, в конце концов. Или банальное нытье: «Мам, ну пожа-алуйста…»
Мама смеялась или сердилась, иногда не соглашалась совсем. Но чаще всего мы все-таки получали желаемое.
Просьбы на самом-то деле были хорошими, детскими, и далеко не часто касались «пятой куклы» или шоколадки вместо ужина.
И ощущение, что мама понимает — нам это действительно «нужно-пренужно», — придавало уверенности в собственной любимости и важности у родителей.
А вечером, когда в детской комнате темнело и становилось страшно после прочитанных сказок о кощеях и драконах, шаги мамы в соседней комнаты, ее голос или просто ощущение присутствия где-то рядом в доме и в нашей собственной жизни — наполняли душу покоем.

Время шло… Мы выросли, и ощущение безусловной достижимости детских целей сменилось необходимостью достигать их самостоятельно.
Уже не выпрошенными у мамы, но получаемыми собственным трудом и упорством становились цели, желания. Или просто не достигались, забывались, отходили в сторону, а иногда — оставались в голове как малодостижимая мечта или безпокойное желание.
И только после крещения, не сразу, но через ошибки и сомнения, стало возвращаться то самое ощущение — когда что-то очень важное и нужное (по-детски, искренне и от сердца) — снова становилось достижимо тем же самым, «детским», путем: «Мам, ну пожа-алуйста…»
Разница — великая и понятная сердцу была в одном — обращаться в меру внутренней веры и искренности к Матери Божией, слышащей не только мои, выстроенные неумело и не всегда искренне слова, но и внутренние помышления и желания.
Помню, какое неизгладимое впечатление произвел случай.
Это было через год после моего крещения. Я закончила школу, сдала выпускные экзамены и уже готовилась подавать документы в институт.
Накануне того дня, за неделю или более — прочитала где-то о великой силе молитвы «Богородице Дево, радуйся». И о том, что Матерь Божия особенно хранит того, кто не ленясь читает эту молитву.
И вот — завтра день подачи документов, все собрано и сложено в папку. Но, перебирая бумаги еще раз, я вдруг увидела, что нет крайне важной справки. Не помню сейчас, как она называлась, но без нее в вуз не принимали, а выдавала ее только школьная медсестра по медкарте с информацией о прививках и прочих особенностях моего здоровья за время учебы в школе.
Понимаю, что днем, да еще и летом, никакой медсестры в школе быть не может.
Побежала в поликлинику: там разводят руками: «Ваша карта в школе, вот и ищите медсестру, ничем помочь не можем».
Вернулась домой, мечусь по комнате, вдруг взгляд падает на старинную икону Божией Матери «Неопалимая Купина». Семейная реликвия, она досталась моей маме от ее мамы, а ей, в свою очередь, от бабушки.
В отчаянии падаю на колени: «Богородице Дево, радуйся!..»
Двенадцатый поклон с непривычки дался особенно тяжело.
Бросаюсь к телефону, ну на всякий случай, — набираю номер школьного медкабинета.
Трубку снимают: «Алло!»
Как потом оказалось, медсестра была в отпуске, но заглянула в школу на 15 минут — забрать какие-то бумаги.
«Ну бегите скорей сюда, я вас подожду!»
Справку я получила, а тот институт закончила уже много лет назад. И даже несколько лет сама преподавала в нем студентам…

Сколько раз еще приходилось вспоминать силу детской искренности и веры в то, что Мама обязательно поймет, как тебе нужно то, о чем просишь.
И удивление от неисполненных просьб и желаний со временем всегда сменялось радостью и облегчением «Слава Богу, что не случилось по-моему».
И наоборот — просимое искренне, с чувством дочерней преданности и веры — исполнялось со всей полнотой и всегда в нужное время.
Это ощущение детской защищенности, уверенности в незримом присутствии Матери Божией позволяло не бояться и придавало сил даже в самых, казалось бы, неразрешимых случаях.
Растя четверых дочерей, я, как и каждая мама, часто сталкивалась и сталкиваюсь с ситуациями, когда не видится никакого разумного выхода, когда заканчиваются силы, деньги или просто терпение.
Кажется — вот он, край, за которым пропасть, безпомощность и безысходность.

Икона Божией Матери «Всецарица» — из храма Всех Святых бывшего Ново-Алексеевского монастыря (г. Москва). Та самая, перед которой Наталия Семушкина со своей знакомой молились о ее больном сыне. И помощь пришла!
Но ни разу, свидетельствую как взрослый человек и мать, — ни разу не было случая, когда Матерь Божия не услышала молитву о помощи. Не ради моей веры — ее часто не хватало, не ради особых заслуг — я отдаю отчет в том, что родить четырех детей — не заслуга, а лишь исполненный долг матери, начало долгого пути. И каждый раз помощь приходила именно тогда, когда все человеческие усилия были предприняты, все должное было сделано и наступало время, когда в сердце наконец складывалась молитва к Богу: «Господи, я ничего не могу, но только Ты» — и Его Пречистой Матери: «Надеждо ненадежных, Ты ми помози!»
Как тогда вспоминалось детское: «Мам, ну пожа-алуйста!»
И как хорошо было каждый раз убеждаться в том, что кто еще поможет, если не Мама.
Полезны были и иные уроки Пресвятой Богородицы. Как часто, изучая «науку» воспитания и самовоспитания, хотелось пожалеть себя, оправдать собственные ошибки, расслабленность привычным: «Ну мне же трудно». Вроде бы и права, и почти нашелся повод остановиться, отдохнуть, но нечем возразить на взгляд с образа Божией Матери: «Мне тоже было трудно». И тогда просьба «Мам, пожа-алуйста» приобретает иной смысл — не «Дай возможность отдохнуть», а «Дай сил идти дальше!»
В жизни одной моей знакомой однажды случилось тяжелейшее испытание — заболел ребенок, единственный сын, которому только исполнилось пять лет.
Врачи неделями не могли поставить диагноз и уже разводили руками: «Молитесь».
Мальчик таял на глазах. Вместе с ним таяла и его мама…
В один из дней мы с ней пришли в наш приходской храм. Раннее утро, немноголюдно. Мы стояли неподалеку от образа Божией Матери «Всецарица». У знакомой уже не было сил плакать, она просто стояла, бледная и измученная, смотрела на образ и что-то беззвучно шептала.
Я стояла рядом и тоже всем сердцем молилась за нее и больного малыша. Полумрак в храме, в горле застыл комок, душат слезы, скорбь непередаваемая за них обоих.
И вдруг это чувство безконечной скорби сменилось иным чувством — ощущением единства двух матерей, просящих Матерь Божию о близком и понятном Ей Самой. Это ощущение превратилось в твердую веру, что мы все втроем сейчас молим Бога о спасении и здоровье мальчика, в понимание того, что нас не просто слушают, а слышат, сопереживают и вторят молитве перед Престолом Божиим. И что не мы вдвоем стоим перед образом, а Сама Матерь Божия посреди нас, и с нами в вечности молит Сына Своего о сыне этой женщины.
Добавлю только, что малыш выздоровел спустя два месяца, хотя точный диагноз ему так и не сумели поставить, это было какое-то очень редкое заболевание.
А тот образ Божией Матери, в нашем храме, для меня с того дня особенно близкий и родной.
Думаю, в жизни каждого человека есть множество случаев, когда по-детски искренние и светлые желания души исполнялись по-матерински скоро и во всей полноте.
И к каждому, рано или поздно, приходило понимание — даже если темнеет от жизненных обстоятельств, стоит только вспомнить, что Матерь Божия незримо присутствует рядом, — становятся незначительными собственные страхи, малодушие сменяется надеждой, а безпокойство — твердой верой.
И это понимание может вылиться только в светлые и полные благодарности и надежды слова: «Пресвятая Богородице, спаси нас!», «Надеждо ненадежных, помози!»

Наталья Семушкина, г. Москва.

Дата: 20 января 2012
Понравилось? Поделитесь с другими:
1
2
Комментарии

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail: Ваш телефон:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:





Яндекс.Метрика © 1999—2017 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru