Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Блаженная схимонахиня Мария», Антон Жоголев

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

«Я верю в это чудо!»

— сказал на встрече с Православной общественностью столицы известный артист Сергей Маковецкий, представлявший фильм «Чудо».


— сказал на встрече с Православной общественностью столицы известный артист Сергей Маковецкий, представлявший фильм «Чудо».

27 октября в Большом зале Центрального Дома литераторов на открытии киноклуба «Православный мир» прошел премьерный показ фильма Александра Прошкина «Чудо». После показа состоялось обсуждение картины с участием Сергея Маковецкого, сыгравшего одну из главных ролей в фильме.
Звездный состав (в ленте задействованы Сергей Маковецкий, Константин Хабенский, Полина Кутепова), именитый режиссер («Холодное лето 53-го», «Доктор Живаго», «Живи и помни»), не менее именитый сценарист Юрий Арабов («Молох», «Телец», «Господин оформитель») — все это заставляло надеяться на встречу с настоящим искусством.
В основу фильма положено реальное событие, произошедшее в 1956 году в Самаре и хорошо известное как «Зоино стояние».
Само чудо в фильме показано как действительно бывшее, но вовсе избежать сомнительных моментов, некоторой лубочности и неправдоподобности авторам картины, к сожалению, не удалось.
Зою, которая в фильме почему-то названа Татьяной, играет молодая артистка Мария Бурова. Это ее дебют в кино, и дебют успешный, особенно с учетом того, что задача перед ней стояла очень сложная: показать преображение человеческой души. Она справилась и выглядела убедительно как в начале фильма, в роли простой, здоровой, грубой рабочей девахи, так и в конце, когда ей нужно было создать образ человека полностью духовно переродившегося.
Перед показом ленты прозвучало несколько выступлений, послуживших своеобразным камертоном, настройкой на просмотр серьезного фильма. Иеромонах Филипп (Рябых), заместитель председателя синодального Отдела внешних церковных связей Московской Патриархии, говорил о массовой невежественности современных людей в вопросах веры, о неглубоком интересе к основам своей веры. Отец Филипп подчеркнул, что русская культура и система ценностей основаны прежде всего на Православии. Он отметил, что ему очень радостно наблюдать возрождение доброго, честного кино в России. По его мнению, такие фильмы нужны, чтобы зритель мог понять вкус милосердия, сострадания и захотел испытать его в реальной жизни, понял, что быть хорошим — тяжело, но нужно. Александр Владимирович Щипков, Советник Председателя Совета Российской Федерации: «Хочешь понять народ, слушай обрывки разговоров в транспорте, на улице, о чем чаще всего говорят. В 50-е и 60-е, трудные послевоенные годы, говорили о еде, в 80-е — о «шмотках», жить стало полегче, в последнее время народ, особенно молодые женщины, все чаще говорят о Боге, о Церкви». Сам он уже видел «Чудо», честно предупредил, что фильм трудный, и пожелал «хорошего просмотра и хорошего труда».

Сергей Маковецкий, исполнитель ключевой роли Уполномоченного по делам религии: «Это история о том, как мы относимся к чудесам, а не о чуде». В своем выступлении перед показом фильма он рассказал зрителям о том событии, на основе которого снят фильм (известно из интервью, что в руки сценариста Арабова попала книга «Самарское чудо Святителя Николая», изданная газетой «Благовест», — отсюда и выросла идея этого фильма. — Ред.), и несколько раз повторил, что лично он верит в это чудо, верит, что это было, хотя документальных свидетельств и не сохранилось. Также он рассказал немного о структуре фильма, который состоит из нескольких новелл, объединенных как раз его героем, уполномоченным по вопросам религии. Волей сценариста он играет одноглазого персонажа, но Сергей Васильевич просил не проводить никаких параллелей с булгаковскими героями. В конце своего выступления он выразил надежду, что, «может быть, действительно произойдет какое-нибудь чудо, и кто-то почувствует, что он живет не так».
Расскажу о неожиданном для меня эпизоде фильма. Местный священник (Владимир Шамиров) пытается как-то сохранять свой храм, свою семью и свою веру, поддержки не получая почти ни от кого, даже его родной сын хочет уйти из дому, не выдерживая насмешек в школе. Очень точно показано, какое невыносимое давление со всех сторон приходилось выносить в те годы священнику. А местный уполномоченный по делам религии (Сергей Маковецкий) еще и вынуждает его ради сохранения храма произнести проповедь о том, что, мол, чудо — неправда, выдумка, и нет никакой окаменевшей девицы. Батюшка, помучившись, все-таки читает с амвона текст, который написал ему уполномоченный. А после этого уполномоченный отвозит его к дому Татьяны и показывает правду — окаменевшую девушку… Бедный священник падает без чувств, а придя в себя, в отчаянии уходит из дома и пропадает без вести.
Отец Филипп позднее сказал об этом эпизоде, что в нем очень искренне и открыто показана трагедия Церкви, — показана на уровне простой жизни священника, его семьи, прихожан, которые вынуждены так или иначе идти на компромиссы с властью. Батюшка отметил, что священники подвергались тогда очень сильному давлению и, прежде чем осуждать кого-то за слабость, стоит попытаться поставить себя на его место.
Запомнился мне и неприятно поразил еще и фантасмагорический эпизод с непонятно как оказавшимся в картине Никитой Сергеевичем Хрущевым. Из-за непогоды его самолет вынужден совершить посадку в Гречанске, глава страны вспоминает, что здесь «были какие-то сектанты» и приказывает везти его к дому Татьяны. Там он прерывает молитву архиерея, читающего акафист Николаю Чудотворцу, хамит ему, но, сорвав покрывало и увидев Татьяну, все-таки смущается немного и спрашивает у архиерея, как забрать у окаменевшей девушки икону. На что архипастырь отвечает, что нужен «инок-девственник», а взять его негде, монастыри-то закрыты. Далее следует совсем уж нелепая беседа Хрущева с народом, прорвавшимся сквозь кордон милиции. Никита Сергеевич обещает, что вот-вот уже построят коммунизм, и будет и крупа, и порядок, и вообще светлое будущее, и, приметив между делом Сашку, сына того самого священника, решает, что это и есть искомый «инок-девственник», ведет его в избу и заставляет взять у Татьяны икону. У Сашки это неожиданно получается, Татьяна падает на руки батюшкам, Хрущев улетает, рассуждая о том, что «с этим народом по-хорошему нельзя».
Все, что могло в этом эпизоде пострадать: уважение к святыне, художественность изображения, элементарное правдоподобие — все пострадало. Вопрос об уместности появления «Н.С. Хрущева» в ленте прозвучал в ходе обсуждения, но ответ так и не был получен, а жаль. Косвенным объяснением можно счесть искреннее признание Сергея Маковецкого, что ему самому некоторые сцены кажутся не очень реалистичными, и его призыв не забывать, что кино — художественное, поэтому на какие-то моменты просто не нужно обращать внимания.
В эпилоге управляющий по делам религии пытается всеми средствами добиться от Татьяны/Зои признания во лжи, в подлоге, в преступном сговоре, хотя и сам не надеется, что она сдастся. И в финале мы видим Зою в психиатрической больнице, ей остригают волосы, а в окно бьется голубь… Зоя смотрит на него и ее глаза сияют.
Несомненная достоверность чуда, его сила, столкнувшись с которой герои фильма просто внутренне разламываются, не желая ни поверить, ни принять его, но и не имея возможности от него отмахнуться — показана убедительно.
Для понимания фильма очень важен образ, который создал Сергей Маковецкий. Он единственный присутствует во всех ключевых моментах фильма. Уполномоченный прекрасно разбирается в вопросах религии, умен, склонен к интригам и жестокости (он постоянно искушает священника, издевается над Татьяной). Вместе с тем, ничего демонического в нем как будто и нет, а сам актер в этот вечер говорил залу, что он создавал образ человека, а не пытался изобразить зло вообще.
По этому эпизоду отец Филипп сказал в своем выступлении, что герой Маковецкого жаждет Бога, но болен душевно и принять Его не может. И все же именно уполномоченный — едва ли не единственный во всем фильме, кто верит в чудо, не сомневается в нем, но признать и принять его сердцем не может, потому что тогда ему придется изменить свою жизнь в корне, а это слишком тяжело в первую очередь для его гордости. И это очень характерно для нашего времени, когда совсем неглупые люди, которые в глубине души понимают очевидность бытия Бога, никак не могут переступить через свою гордость, через какие-то обиды, преодолеть себя и все-таки прийти в храм.
Татьяна Михайловна Карпова, известный Православный кинорежиссер-документалист, сценарист, член Международного объединения кинематографистов, преподаватель ВГИКа, признав несомненное мастерство создателей фильма, отметила, что в картине она не увидела любви к людям. Складывается впечатление, сказала она, что ни к одному персонажу режиссер не относится с симпатией. Кроме того, она спросила у Маковецкого, как же так получилось, что в картине, по сути, девушку спас Хрущев, и к чему там вообще его появление. К сожалению, времени на ответ Сергею Васильевичу уже не хватило.
Татьяну Михайловну поддержали многие зрители, увидевшие в картине безпросветную темень, даже очернение действительности, перенесение реалий нашего времени в 1956 год. Нельзя с ними полностью согласиться, потому что в картине все же показан мир людей безбожных, в котором настоящего света очень мало. Многим также показалось, что в фильме нет ни одного положительного героя, и изображаемый мир в целом жесток.
Отец Филипп (Рябых) после просмотра сказал, что, хотя неподготовленному зрителю и может показаться, что произошедшее с Зоей — наказание за грех, но это не так, это не «жестокость» Бога. Это, напротив, Его любовь ко всем Своим чадам, явленная, чтобы остановить абсурд советской действительности, это призыв опомниться. Чудо было послано, чтобы дать возможность остановиться и задуматься. Отец Филипп также отметил, что в жизни мы очень часто ищем чуда в материальном: в выздоровлении, в устроении финансового благополучия, но принять чудо преображения, такое, как «Зоино стояние», мы не готовы, и это очень ярко показано в фильме. А смысл этого чуда в обнаружении присутствия Бога, когда нельзя уже больше отрицать, что Он пришел к нам для нашего спасения…
Подытоживая, можно сказать, что мнения о фильме сложились разные, горячее обсуждение продолжалось и в фойе, и в очереди в гардероб, и на улице небольшие группки людей, шедшие к метро, продолжали спорить. Очень хорошо об этом сказал присутствовавший на просмотре инок Всеволод (Филипьев), поэт, миссионер, насельник Джорданвильского Свято-Троицкого монастыря в Америке: «Каждый фильм, который говорит о Боге, о Православии, который поднимает духовную проблематику, — это уже чудо».

См. также

Дарья Арсланова
прихожанка храма во имя св. мученицы Татианы при МГУ, г. Москва
29.10.2009
922
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
1
2 комментария

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru