Вход для подписчиков на электронную версию

Введите пароль:




Подпишитесь на Благовест и Лампаду не выходя из дома.







Подписка на рассылку:

Наша библиотека

«Новые мученики и исповедники Самарского края», Антон Жоголев

«Дымка» (сказочная повесть), Ольга Ларькина

«Всенощная», Наталия Самуилова

Исповедник Православия. Жизнь и труды иеромонаха Никиты (Сапожникова)

Слово пастыря

«Чашу спасения прииму и Имя Господне призову»

Проповедь в первую субботу Великого поста.


Проповедь в первую субботу Великого поста

Прошли уже пять благословенных дней первой седмицы Святого и Великого поста.
Эти дни — дни воздержания и усиленной покаянной молитвы — мы проводили в духовном бодрствовании, обогащаясь обильными нравственными наставлениями святых отцов и учителей Церкви, слушая и повторяя слова вдохновенных молитв и песнопений, располагавших нас к тщательному самоанализу, к размышлениям о своем исполненном или неисполненном христианском долге.
Теперь мы готовимся завершить наш покаянный подвиг приобщением Святых Христовых Таин — этой безсмертной Трапезы, которую безконечная любовь Божия предлагает нам для того, чтобы каждый из нас, верующих в Господа и Спасителя нашего, имел возможность наследовать жизнь вечную.
Мы смиренно раскрыли на исповеди и осудили наши многочисленные грехи, большие и малые, явные и тайные — все то, что безчестит и унижает достоинство человека как носителя образа Божия, — и сделали это не только для того, чтобы сложить с себя бремя вины пред Судом правды Божией, но и в надежде на благодатное уврачевание недугующей и изъязвленной порочными расположениями души нашей.
С какими же мыслями и чувствами следует приступать ныне к Чаше Жизни после того, как исповеданием грехов наших мы повергли себя в пучину милосердия Божия и услышали святые и ободряющие слова священника: «Властию Его, мне данною, прощаю и разрешаю тя от всех грехов твоих»?
Мы твердо убеждены, что при наличии с нашей стороны полного и чистосердечного раскаяния в своих грехах пред священнослужителем и при решимости исправить свое поведение мы действительно получаем прощение от Того, Кто один только имеет власть отпускать грехи (Мк. 2, 7-10), и разрешаемся от сковывающих нас уз неправды и беззаконий наших.
Но нам известно, что, получив это прощение и разрешение и причастившись Тела и Крови Господних, мы, к сожалению, не сможем долго удержаться на той духовной высоте, на которую окажемся вознесенными чрез Покаяние и святое Причащение. И потому снова и снова придется нам в минуты духовного просветления оплакивать свои падения, звать на помощь себе Божественного Исцелителя: «Иисусе, Сыне Божий, помилуй мя!» — и с горечью повторять слова святого Апостола Павла: «Не понимаю, что делаю: потому что не то делаю, что хочу, а что ненавижу, то делаю (...) Бедный я человек! кто избавит меня от сего тела смерти?» (Рим. 7, 15-24). Впрочем, милосердие Божие не спешит оставлять человека даже в состоянии греховного падения. Господь долготерпелив и многомилостив. Как отец милует сынов, так милует Господь боящихся Его (Пс. 102, 8-13). Дадим ли мы возможность исполниться тому, чего хочет Сам Господь, сказавший: «Кто любит Меня, тот соблюдет слово Мое; и Отец Мой возлюбит его, и Мы придем к нему и обитель у него сотворим» (Ин. 14, 23)? Или Божественная благодать лишь на короткое мгновение осветит наше сердце и, не найдя себе благоприятных условий, вскоре покинет нас? Это во многом зависит от нас самих, от того, будет ли наше сердце проникнуто смирением и искренней скорбью о грехах или мы позволим себе опуститься до состояния безпечности и самодовольства.
Приступая к Святой Чаше, полезно нам осознать великую беду нашу, состоящую не только в том, что «все мы много согрешаем» (Иак. 3, 2), но еще и в том, что мы или вовсе не приносим, или приносим слишком мало плодов добродетели, без которых немыслима подлинная христианская жизнь. «Истратив в греховной жизни все свое душевное богатство, я пуст добродетелей благочестивых», — взывает как бы от лица каждого из нас в своем Великом каноне дивный учитель покаяния святой Андрей Критский.
Вот эта пустота души, отсутствие украшающих ее добродетелей, все, что мы должны были бы сделать как христиане за многие годы нашей жизни и не сделали, — может оказаться пагубнее и страшнее всего того, что мы совершили греховного, поддавшись соблазнам и обольщениям, будучи обмануты временной сладостью греха...
А между тем, сколько доброго, прекрасного мог бы сделать в своей жизни каждый из нас, или правильнее сказать — сколько доброго и прекрасного могла бы совершить чрез нас Божественная благодать, если бы только мы раскрывали для нее свое сердце, если бы не противились ей несчетное число раз своим непослушанием, прекословием или холодным равнодушием к ее внушениям и призывам!
В древности Христиане имели обыкновение причащаться Святых Таин ежедневно или, во всяком случае, как можно чаще. Причащались обычно все присутствовавшие при совершении Божественной литургии.
Впоследствии, когда уровень духовной жизни христиан понизился, явилась практика сравнительно редкого Причащения. Стало обычным, что из числа присутствующих в храме за Богослужением причащаются не все, а только те, кто прошел некоторую подготовку, которая состоит из двух-трех дней воздержания в пище, прочтения особых молитв ко святому Причащению и исповедания грехов перед духовником в таинстве Покаяния.
Существуют разные мнения о том, какая практика лучше — более ранняя или более поздняя. Сторонники возобновления ранней практики утверждают, и не без основания, что настоящий христианин не должен сколько-нибудь продолжительное время оставаться без святого Причастия, так как в противном случае его усердие к духовной жизни скоро охладевает, и он все более и более отдаляется от Церкви, начинает жить рассеянной, малосодержательной или даже греховной жизнью. Сторонники сравнительно более редкого Причащения указывают, и также не без основания, на то, что приступать к Святым Тайнам без должной нравственной подготовки опасно, в силу апостольского предупреждения: «Да испытывает же себя человек, и таким образом пусть ест от хлеба сего и пьет из чаши сей. Ибо, кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем» (1 Кор. 11, 28-29). Кто же в этом случае прав? Очевидно, прав тот, кто стремится избежать двух возможных при этом ошибок. Если мы слишком редко приступаем к Святым Тайнам, это может означать, что мы мало заботимся о своей душе, привыкаем ко греху, угашаем в себе огонь любви к Богу. Но если мы и весьма часто причащаемся, но не исправляем своей жизни, то подвергаем себя не меньшей опасности, отвыкая «совершать святыню в страхе Божием» (2 Кор. 7, 1).
Очевидно, каждый из нас, трезво взвесив свои духовные и физические возможности, должен сам найти для себя наиболее разумное решение: как часто может он приступать ко Святому Причастию, сознавая всю важность общения со Христом, но и помня при этом, что нельзя причащаться недостойно и «не рассуждая о Теле Господнем».
Но что значит: приступать к Святым Тайнам достойно? Разве можем мы когда-нибудь считать себя достойными принятия Тела и Крови Господних? Не должны ли мы, напротив, всегда остро чувствовать и решительно исповедовать свое полное недостоинство? И не об этом ли напоминают нам слова уже самой первой молитвы ко святому Причащению: «Согреших, Господи, согреших на Небо и пред Тобою, и несмь достоин воззрети на высоту славы Твоея: прогневах бо Твою благость, Твоя заповеди преступив и не послушав Твоих повелений!» Очевидно, достойно причащаться — вовсе не значит чувствовать себя достойным святого Причастия!
Нельзя думать, что достойно причащаться могут только люди праведной, святой жизни. В таком случае для нас вообще был бы загражден путь к Источнику безсмертия. «Если говорим, что не имеем греха, — обманываем самих себя, и истины нет в нас» (1 Ин. 1, 8). Ведь никто так не нуждается в оживотворении чрез святое Причастие, как именно тот человек, который является и сознает себя великим грешником. «Верую, Господи, и исповедую, яко Ты еси воистину Христос, Сын Бога Живаго, пришедый в мир грешныя спасти, от нихже первый есмь аз!»
Достойно причаститься или, точнее, удостоиться Причащения во оставление грехов и в жизнь вечную может не тот, кто приступает к Святой Чаше с чувством своей праведности или малой греховности, а тот, кто всем сердцем ощущает свое недостоинство пред Богом, свою полную безответность пред Его правдой, кто мучительно переживает свое безсилие победить грех, пока Сам Господь не придет к нему на помощь.
Непременным условием достойного Причащения является поэтому чистота нашего сердца. Чистота сердца — это не безгрешность. Это постоянное поставление себя пред очами Божиими, предание себя на суд Правды и Любви Божией. Это изгнание из сердца всякого лукавого самооправдания, всегдашняя готовность, не отчаиваясь, после каждого греховного падения снова делать усилия для очищения себя от скверны порочных мыслей, дел.
Один инок древнего монастыря, глубоко опечаленный своей греховностью и безсилием победить грех, обратился к опытному старцу-подвижнику с вопросом: «Отче! что мне делать: я пал». Старец коротко ответил ему: «Если ты пал — встань». Инок вторично сказал старцу: «Отче, я встал и опять пал». Старец опять ответил: «Встань снова». Тогда инок в сильном волнении воскликнул: «Отче, доколе же мне вставать и падать?!» Старец спокойно ответил: «До самой твоей кончины».
А другой древний старец, напоминая своим ученикам, что все давшие Господу обеты верности во святом Крещении, стали воинами Христовыми, призванными к неустанной борьбе с грехами, сказал: «Не тот воин верен своему военачальнику, кто, будучи ранен стрелой, остается лежать поверженным на земле или сдается в плен врагу; истинным воином является тот, кто, будучи уязвляем стрелами врага, тотчас встает и, забывая о боли, с еще большей ревностью устремляется на своего противника».
Будем же, возлюбленные братья и сестры, помнить эти прекрасные отеческие наставления. Постараемся стяжать чистое и доверчивое сердце, жаждущее прощения и уврачевания от Господа, ненавидящее грех и отвращающееся от него. И тогда, памятуя о своей греховности, скорбя об опустошенности нашей души, сознавая нашу немощь и безсилие, но и с твердым упованием на милость Божию сможем мы с дерзновением любимого сына и любимой дочери приближаться к престолу благодати и достойно приступать к Чаше спасения, призывая святейшее Имя Божие и усердно молясь Небесному Врачу и Исцелителю душ наших: «Владыко Человеколюбче, Господи Иисусе Христе Боже мой, да не в суд ми будут Святая сия, за еже недостойну ми быти: но во очищение и освящение души же и тела и во обручение будущия жизни и Царствия». Аминь.

На фото: Протоиерей Геннадий Феоктистов на Литургии в храме Трех Святителей.

Протоиерей Геннадий Феоктистов,
клирик самарского храма Трех Святителей
28.03.2008
1389
Понравилось? Поделитесь с другими:
См. также:
1
2
1 комментарий

Оставьте ваш вопрос или комментарий:

Ваше имя: Ваш e-mail:
Ваш вопрос или комментарий:
Жирный
Цитата
: )
Введите код:

Закрыть






Пожертвование на газету "Благовест":
банковская карта, перевод с сотового, Яндекс.Деньги

Яндекс.Метрика © 1999—2018 Портал Православной газеты «Благовест», Наши авторы
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago91@mail.ru